Травма спинного мозга

Жизнь
после
травмы
спинного
мозга

Наши психологические взаимоотношения с миром

Вот уже почти пять лет в городе Сан-Диего реализуется рекламная кампания Think Blue («Думай об океане»), которая, помимо многого другого, включает в себя демонстрацию рекламных роликов по телевидению и в местных кинотеатрах. В одном из таких роликов (под названием «Карма») рассказывается, что могло бы произойти, если бы на человека, выбросившего на улице мусор, вдруг вывалилось все, что по ливневым стокам попадает в океан после сильного дождя.

В этом видео бизнесмена, который во время прогулки швыряет на землю обертку от жвачки вначале обливают кока-колой, выплеснутой какой-то дамой из окна автомобиля, потом заваливают бытовым мусором, вываленным другой женщиной прямо с балкона, а затем он наступает на кучу, оставленную собакой [43]. «Помни об океане», — поучает голос за кадром [44]. Довольно любопытный способ показать, к чему приводят даже самые незначительные поступки — ведь об этом мы, как правило, не задумываемся, поскольку непосредственно не наблюдаем их последствий.

Мозг обладает удивительной способностью скрывать от сознания истину об окружающем мире. Мы подвержены воздействию миллиардов сигналов органов чувств, тактильных ощущений, воспоминаний, звуков, запахов и голосов, и большую часть времени мозг изолирует и защищает нас от львиной доли всего этого.

Впрочем, такая защита дорого обходится: она приводит к тому, что в большинстве случаев мы понятия не имеем, почему и как делаем то, что делаем. Наш мозг — непревзойденный мастер рационализации и самообмана, и эти механизмы встроены в наш когнитивный аппарат.

Согласно теории, предложенной швейцарским психологом и философом Жаном Пиаже, если вы закроете свое лицо ладонями перед младенцем, он подумает, что вы, и правда, ушли — объект (ваше лицо) не является неотъемлемой частью восприятия малыша. А если вы уберете ладони, ребенок удивится и (надеюсь) будет в восторге.

Однако в определенный момент его мозг достаточно разовьется для того, чтобы понимать, что объект все еще здесь, независимо от того, виден он или нет. Хотя ученые пока спорят о том, в каком возрасте дети начинают понимать принцип постоянства объектов, но идея, что этот принцип реально влияет на наши дальнейшие взаимоотношения с водой и природой, мне очень близка.

Мужчина, который выбросил обертку от жевательной резинки; женщина, выплеснувшая из окна машины сладкий напиток, и дама, выкинувшая с балкона картофельные очистки, не глядя, куда они приземлятся, действовали по принципу «с глаз долой, из сердца вон». Пока мы не увидим своими глазами, как брошенный мусор смывается дождем на пляж, а затем в океан, нас эта проблема совершенно не будет беспокоить. Пока мы не встретим бездомного по пути на работу, большинство из нас не будет обращать на их существование особого внимания. Пока человек не почувствует, что глобальное потепление, загрязнение воды, эрозия береговой линии, токсичные отходы и прочее грозят непосредственно ему или его семье, он, скорее всего, не будет глубоко об этом задумываться.

Обратная сторона принципа «с глаз долой, из сердца вон» — это когнитивная слепота. Иными словами, если нам кажется, что со средой, в которой мы живем, все в полном порядке, значит, мы просто отказываемся верить в существование проблемы.

Бартон Сивер — действительный член National Geographic и директор Программы здорового и сбалансированного питания, реализуемой Центром здоровья и глобальной окружающей среды при Гарвардской школе общественного здоровья в Бостоне. По его словам, поскольку мы в любой момент можем зайти в местный супермаркет и увидеть на прилавках, скажем, треску, нам очень трудно поверить в то, что запасы этой рыбы практически истощены. А если, гуляя вдоль берега, вы увидим чистую воду и почувствуем приятные запахи, то не поверим в то, что загрязнение в наших ручьях, реках и прочих водоемах достигло небезопасного уровня. Зачем думать об охране водной среды, если вокруг нас так много воды, не правда ли?

Как известно, фундаментальный фактор эволюции — это стремление вида к выживанию. На протяжении миллионов лет, пока людей на Земле было намного меньше, чем сейчас, мы могли эксплуатировать природные ресурсы, не боясь их исчерпать. Нам не нужно было думать об экологии и рациональном использовании природных богатств, мы могли просто перейти на другое место и найти новые источники. Нас заботило выживание нас самих, наших семей и биологического вида — именно в таком порядке. Но сегодня, когда угроза уничтожения биологического вида часто представляется далекой и неустранимой, а проблема выживания кажется скорее теоретической, чем практической (глобальное потепление? прибрежные наводнения? озоновая дыра?), нам трудно воспринимать все это всерьез и пытаться исправить ситуацию.

В своем знаменитом труде «Трагедия общин», опубликованном в 1968 году, американский эколог Гаррет Хардин утверждает, что люди пойдут против общего блага при двух условиях: если это принесет им большие выгоды и если они считают, что это сойдет им с рук. Например, ловец лобстеров расставит больше ловушек, чем позволено, или устроит их в запрещенных местах, ведь так он сможет заработать больше денег для своей семьи. Мы «запрограммированы на то, чтобы быть эгоистичными и самовлюбленными. чтобы быть хорошими потребителями, но не хорошими защитниками природы», — прокомментировал слова Хардина Майкл Соуле, один из пионеров борьбы за сохранение биологического разнообразия [45].

В том же году, когда Хардин написал свой труд, социальные психологи Джон Дарли и Бибб Латане провели известный эксперимент: они запускали студентов в аудиторию, а затем медленно заполняли помещение дымом, чтобы те подумали, будто начался пожар.

Если студент был в классе один, он, как правило, быстро вставал и уходил. А вот если вместе с ним находились еще два-четыре человека (которые были частью эксперимента), и эти люди, несмотря на то что комната наполнялась дымом, оставались на своих местах, испытуемый обычно тоже никуда не уходил — даже если дым был настолько густым, что он не мог видеть других людей в комнате.

Впоследствии испытуемые объяснили свое поведение в основном смущением и замешательством, а многие добавили, что ждали от «товарищей по несчастью» сигнала о том, что что-то действительно случилось [46].

Люди, находящиеся рядом с нами, и группы, частью которых мы являемся, очень сильно влияют на наши решения. Марк ван Вугт выдвинул гипотезу, что такое поведение есть частью запрограммированной реакции на мир.

С самого рождения мы бессознательно копируем поведение окружающих, причем не только действия, но и убеждения, взгляды и решения. Например, ван Вугт отмечает: хотя большинство домовладельцев утверждают, что экологически сознательное поведение соседей мало влияет на их собственные решения и действия, подобные поступки живущих с нами по соседству людей считаются одним из самых точных прогностических факторов бережливого расхода электроэнергии и воды [47].

Тем не менее мы отстраняемся от тех, кто не является частью нашей семьи, группы или племени.

«В нашем сострадании у всех имеется “слепое пятно”: люди, в которых мы видим не вполне людей, те, чьи страдания менее реальны, чем наши собственные, или не заслуживают такого же сострадания, как наши беды», — говорит Келли Мак-Гонигал из Стэнфордского университета, описывая участникам первого саммита, посвященного проекту «Голубой разум», исследование 2007 года.

Целью исследования было определить, как мозг реагирует на тех, кого мы однозначно не относим к членам «своей группы».

Вместо того чтобы активировались такие эмоции, как жалость или сострадание, включаются зоны головного мозга, связанные с отвращением и неприязнью, что напоминает реакцию на гниющие пищевые продукты.

Испытывать неприязнь в подобных ситуациях — неотъемлемая часть эволюционной когнитивной программы, однако зачастую это не позволяет нам переживать сострадание или чувствовать ответственность, которые могли бы помочь нам решить реальные проблемы.

Уоллес Николс. Ближе к воде. Удивительные факты о том, как вода может изменить вашу жизнь

Похожие материалы

Дата публикации: 15 января 2017

.



Жизнь после травмы
спинного мозга